Ценностно-духовное содержание системы правосознания

Анализ начинается с трактовки понятия «духовность». По мнению автора, духовность – это не только полисемантическое понятие. Его многозначность есть лишь внешнее проявление глубокого единства в себе фундаментального «организующего начала» (Н. Бердяев), выражающего сущность этого явления. Данное начало является основой правосознания, задающей человеку ценностно-правовые ориентиры. Духовность – это устойчивое по сути, подвижно-динамическое по характеру и нелинейное по системной организации иерархических взаи­мовлияний и связей всех элементов духовной реальности идеально-смысловое образование, способное производить в человеке личностные эффекты его преображения. Обладая такими сущностными качествами, духовность генетически задает эти же свойства правосознанию.

Духовность выступает в качестве системообразующего начала правосознания, его истоком, символом целостности правового бытия и упорядоченности мира, принципом и опорой, на основе которых совершаются субъектом юридические оценки и действия. В правосознании именно духовность есть субстанциальное, т.е. стабильное, устойчивое и сущностное, определяющее целостность правовых представлений человека, дающая ему критерии истинности в оценке юридических событий. Все же остальные парамет­ры-компоненты, входящие в системно-структурную организацию правосознания, как самоорганизующейся и открытой системы не зависимо от их фактора-вклада – аксиологического, содержательного, функционального, нормативного и т.д. – в ее целостное развитие как динамической системы, являются «акциденциями», находящимися в состоянии постоянного взаимодействия с духом и непрерывно извлекающих из него упорядоченность, отражающуюся в правовых установках.

Как система, правосознание представляет собой нечто целостное. Постижение его ценностно-духовного содержания как целостного и онто­логически данного явления невозможно, если ограничиться лишь рацио­нальным познанием, расчленяющим его целостность, а затем достаточно произвольно синтезирующим полученные результаты. Полнота исследования данной проблемы с позиции системного подхода предполагает дополнение рационального объяснения целостным пониманием, вклю­чающим бессознательное, подсознательное и сверхсознательное. Так, со­весть и чувство справедливости как аксиоланты, содержательно входящие в набор индивидуализированных ценностей человека, коренятся в интуитивных глубинах бессознательного, а лишь затем выходят в сферу рассудочно-рационального правопонимания. На высоком уровне развития правосознание суще­ствует как целое: в нем все между собой гармонично сопряжено, и все, входящее в него, является его органической частью. Как целостная данность этот духовный феномен не исчерпывается простой суммой черт, элементов и компонентов, ее составляющих.

Вне аксиологической содержательности и наполненности любой без исключения компонент правосознания «внутри се­бя» лишается ориентационно-нравственного потенциала. Ценность – матрица, охватывающая всю системно-структурную организацию правосознания. Вне ценностного основания и родового присутствия ценности в правосознании его компонент может быть чем угодно, например, психологическим состоянием, феноменологическим фактом, физическим побуждением, качеством и т.д., но не частью развитого правосознания в его истинном значении. К тому же, лишенная своей внутренней энергии, аксиологической по сути, этот бывший компонент может превратиться в свой антипод – элемент правового нигилизма. Наличие ценностно-духовного содержания придает правосознанию положительный смысл и нравственное начало, целостность и внутреннее единство.

Аксиологичность духовности абсолютна, поэтому она придает правосознанию стремление к абсолюту. Чем правосознание субъекта аксиологично состоятельнее, тем достовернее и убеди­тельнее его онтологическая истинность. Сила и мощь воздействия правосознания на социальные и духовные процессы в ее цен­ностном инициировании. Аксиологичность правосознания обеспечивает его устойчи­вость, равновесие и стабильность развития, которое отличается позитивной, конструктивной, созидательной репре­зентацией и заданностью. Истинность сущности правосознания определяется че­рез его соответствие ценностным конституантам духовности.

Правосознание, в каких бы формах не проявля­лось и в какой бы степени своего развития не су­ществовало, всегда заключает в себе в общеобязательном порядке духовный элемент как свое, ставшее реально внутренне значимым, придаю­щее ему самостоятельный статус не патетической метафоры, а объективно-значимой данности, т.е. ценности. Можно утверждать, что для субъекта критерием ис­тинности оценки юридического факта является степень его ценностной значимости. Истинное – это соответствующее, это то, что существует в соответствии, в согласии со своей природой – принципами, нормами, законами. Вмещенная в правосознание духовная ценность являет собой в нем потенци­ально актуальное и актуально реальное.

Не все правовые ценности, вопреки прагматическому взгляду, могут быть истинными, а только такие, которые обладают соответствующими свойствами. Для того, чтобы выяснить является ли та ценность, которую считают таковой, действительно ценно­стью, т.е. имеющей истинное духовно-правовое значение, необходимо выяснить – соответствует ли она гуманистическим идеалам, т.е. способствует ли осуществлению духовного восхождения личности и определяет ли в человеческом измерении гуманистическое содер­жание, качество и направленность социально-правового бытия человека, и «образ человече­ский» в каждом индивиде. Чем оптимальнее ее соответствие гуманистическим идеалам, тем она истиннее и наоборот. В логической экспликации такая идентификация ведет вообще к объективной истинности правовой ценности, а расхождение – к объективной ложности.

Опубликовано в Правосознание | Тэги: , , | Оставить комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>